Много веснушек из ничего

Добавим немного прошлогоднего зимнего стимпанка.
Фото делались к конкурсу от Ника Перумова на портрет его нового персонажа, и мы с Полиной и Катей создали аж две верси Молли. Ни одна не прокатила. Но фотки получились красивые :) И сейчас, когда я мало-помалу играю в догонялки со временем, дошли руки до этого снимка, остальные пока в перспективе.
Особо интересный факт о той съемке: у модели Полины в жизни веснушек нет :). А у персонажа есть. Поэтому визажист Оля – просто волшебница.

Литературный фумигатор

Комары – страшное зло. На том стоял и стою :). Птичкам от них польза, а людям - исключительно вред. Так что все ночные недосыпы и страдания, вся кровавая почесуха -- все это мы переносим ради птичек, помните, люди. И пусть никто не говорит, что мы не страдаем ради братьев наших меньших.

Я тут неторопливо, по вдохновению и кратким озарениям, работаю над рассказом "Бесиха". Не помню, делился ли я планами о небольшом цикле короткометражных ужастиков, но этот должен быть в нем третьим. Первым будет "Алая Ирландия", который еще нужно развернуть из миниатюры в утерянный безвозвратно первоначальный вид рассказа, вторым "Страшная смерть Анжелины Радьё", про чувственную французскую адскую жуть, а третьим - как раз вот эта "Бесиха" про то, как внезапная беда врывается в неспешный жизненный уклад русских помещиков.

В общем, даже к планированию рассказа я пока не приступал, лишь приблизительно наметил развязку, основные сюжетные повороты и очень поверхностно - главных героев, двух помещиков Ивана Палыча и Льва Сергеича, которые как бы со стороны наблюдают различные проявления жути, скрытой большей частью от читателя. Ну так вот в очередную кровавую ночь, когда враг беспощадно зудел над ухом, а раны нещадно чесались, родился у меня такой актуальный и весьма прочувствованный диалог:

- А я тебе, Иван Палыч, точно говорю, что комары - это черти!
- Да как же так?
- А вот так! Тебя они в церкви кусали когда-нибудь?
- Ох ты ж, какой вопросец мудреный. Поди тут упомни! А только ж что-то и не припоминается мне такого.
- Вот и оно-то, что не припоминается, потому что не бывает такого. Тут, поди, один во всей хоромине ложишься, так, почитай, минуты не прошло - от он, зазвенел стервец. А тут хоть полон храм народу набьется - и хоть бы кто хлопнул. То ж я и говорю, ладана они боятся, потому что черти и есть.
- Ох и горазды вы, Лев Сергеич, шутки шутить.
- Да какие уж тут, братец мой, шутки! Вы проверьте, возьмите вот и проверьте!

С любимыми не расставайтесь

Двенадцатая глава – одна из моих любимых. В ней впервые пришлось написать длиннющий и полноценный диалог, по-настоящему переводящий сюжет в детективное русло – Брокк всерьез берется за расследование и идет к первому информатору.

Удовольствие, было двойное, сложность – тоже. Первая порция была получена тогда, в начале работы, когда глава была наспех написана впервые. А вторая – сейчас – когда я на одном дыхании привел ее в соответствие уже с новыми своими стандартами качества и постарался разбавить голословие атмосферностью. Новая версия меня определенно порадовала. Главное, что добавилась некоторая индивидуальнсть в манеру речи Гейнцеля Ройма -- истеричность, холеричность, и при этом цепкий ум и изворотливость. А прежде, по-моему, создавалось ощущение, будто беседуют два Брокка :)

ГЛАВА 12,

в которой я, наконец-то, приступаю непосредственно к делу

Настроение скорчилось и умерло. Дикая и очень уж неожиданная выходка маленького доктора совершенно выбила меня из колеи. Половинчик, симпатизирующий Хаосу – такая же чепуха, как… не знаю даже… как поклоняющийся тому же Хаосу орк! Каждый Вторичный ненавидит Изменчивость всей душой, в потаенных углах которой навеки затаилась память тела, извращенного дыханием Бесформенного. Да на всем свете не сыскать храмовых прихожан ревностнее Вторичных. Их вера напоминает судорожный рывок, они отчаянно верят, что Творец впрямь избрал их для искупления греха, едва не погубившего весь мир. Само собой, они благодарят провидение за то, что, изменившись, не остались одни. Орки, половинчики, эггры, хоблинги слились в племена и постепенно стали пусть немногочисленными, но цельными народами. Мир, пусть и не сразу, признал их самостоятельными видами и позволил жить среди Первых. А ведь могло быть иначе, и живой тому пример постоянно маячит перед глазами. Тронутые и Измененные. Уникальные существа, уродливые или в чем-то даже красивые, но всегда чужие. Тающие нити Хаоса, – останки паутины, однажды опутавшей реальность, – одних задели мельком, других изуродовали так, что от них отказались родные матери. Жуткие уроды и диковинные калеки. Вынужденные зарабатывать на жизнь там, где их уродство не вызовет крики ужаса или слова ложного сочувствия. Вторичные понимают, что, по сути, они одной природы с Тронутыми. И стараются всячески отречься от родства, выставляя на показ свою сплоченность и преданность Порядку. Они громко высмеивают уродов или лицемерно им соболезнуют, лишь бы не попасть в подозрительный прищур первородного мира. Но уродам не нужно ни сочувствие, ни, тем паче, насмешки – они хотят, чтобы их признали равными. А этого не будет. Потому что всегда есть те, кто не уверен в собственной полноценности, и потому непременно пытается доказать ее окружающим. Тронутые – очень удобный для этого материал.

Марионетки и их нити

Идея сделать сюжет про марионетку родилась у нас обоих практически одновременно, но удивительно по-разному. Если мне сразу представилось то, что вы увидите ниже, то Аленка, вопреки обыкновению, представляла все наоборот - жестко, трешево и гранджово. С веревками и лохмотьями. Обычно бывает наоборот - меня прет на всякую ржавчину и разруху, а Аленка придумывает вещи погламурнее. Вишь ты...

Благодаря Наталье раздобыли в театре два реквизитных цилиндра, костюм продумывали вместе. Декорациями, конечно, занималась жена -- тут женщине доверия больше. Когда из шкафа появился огромный отрез серой ткани (купленной, вообще, на постельное белье) и повис на стене, настало время заниматься светом, и вот тогда-то начались настоящие извращения. Во-первых, у меня его нет. Ну, то есть, приборов. Соответственно, пришлось выкручиваться подручными средствами -- две лампы дневного света, обычный комнатный свет и одна настольная. Сессия сразу задумывалась, как монохромная. После выбора между сепией и чб первую признали банальной, так что все делалось в черно-белом виде. Заодно узнал, что при выборе творческого режима "Черно-белое фото", в RAW, оказывается, сохраняется информация о цвете, так что, получается, было удобно снимать -- потому что готовые снимки уже примерно напоминали результат, и обрабатывать, потому что придумать общие настройки для Лайтрума получилось с нуля и вдумчиво, без необходимости работать с готовыми.

В процессе подготовки разбили одну лампочку дневного света. В условиях кустарного крепления осветительных приборов каждый шаг напоминает прогулку по джунглям и полон опасности %). Потеряв четверть возможностей для импровизации, решили поставить настольную лампу прямо под штативом и направить Аленке в лоб, левую сторону оставить вообще без света и лишь надеяться на отражения от полированных шкафов, а верхний свет и вторую лампу дневного света обернуть фольгой и направить яркое освещение в аленкин левый (то есть, на правую сторону фотографий) бок, для резкого контраста.

Леску крепили только к рукам, потому что они работали больше всего, и к тому же на них заметнее было бы, если бы рукава не оттопыривались. Чтобы закрепить ноги, пришлось бы долго и неплодотворно трудиться, и, боюсь, мы потеряли бы свет из окна. Поэтому леска для ног (и для локтей в одном случае) дорисована уже после, в Фотошопе. Получилось, в общем-то, довольно натурально -- задача несложная. Нитки на руках, конечно, я тоже чуть подкрасил.

В общем, получилось сорок отличных фоток, из которых мне по моральным соображениям, но с жутким скрипом удалось отсеять половину (понятное же дело, что сколь бы красивыми они ни были, все равно смотрящий заскучает после десятка), а эти два десятка со страшными корчами я уже сократил до показных 13, которые и в самом деле сложились в некоторую сюжетную последовательность. Их-то и покажу (все, по идее, кликабельны).

Полуночная глава с мясом

Ненавижу эту главу. На полном серьезе. Во-первых, мне до жути жалко ее героиню, а во-вторых -- чистый мясной splatter-horror я никогда особенно не любил. Но, к моему глубочайшему сожалению, выкинуть этот текст из романа никак не получится. Он нужен по многим причинам. И добавить штрихов Вимсбергу, и еще раз показать, насколько страшен Хаос, и начать историю одного из ключевых отрицательных персонажей, и немножко шире показать Рыбацкий квартал, и многое другое. Глава функциональная, но мерзкая.
Писать ее было противно. Редактировать сейчас -- еще противнее. Особенно мешало установленное самим собой правило -- случайные невинные жертвы (а Росцетта -- это по-настоящему случайная жертва, которой могло и не быть) не должны оставаться статистами. Каждая жизнь, все-таки, нечто бесценное, и разбрасываться ими в угоду сюжету просто так -- преступно.
Но получилось тяжело. По крайней мере, для меня.

ГЛАВА 9,

в которой все печально от начала и до конца

 Это – Рыбацкий квартал Вимсберга. Спутанная и замшелая сеть переулков, что так и не доросли до полноценных улиц. Здесь всегда сумерки, даже если в небе ярко светит солнце. Все дело в особом настроении, пропитавшем окрестности – дома, одушевленных и даже грязь, которой обильно покрыто все зримое пространство. С грязью сожительствует запах. Уникальный аромат, который с полным правом можно назвать визитной карточкой Рыбацкого квартала. Причудливая смесь дохлой и живой рыбы, дешевой выпивки, злобы, боли и страха способна лишить обоняния самый нечуткий нос. Местные жители ни за что не признаются, но они всегда чего-то боятся. Многим страшно показаться слабыми. Слабые не выживают. Клоака Морской Столицы переполнена отбросами общества, и за каждым углом здесь поигрывает ножом жестокий естественный отбор.

Немного северной магии

Первый кадр - он мирный самый.

То, что супруга у меня родом из сурового Магадана, должно как-нибудь проявляться. Вот и проявилось в виде пришедшей из глубины обоих наших сознаний фотосессии. Я заметил, что каждая съемка у меня раскачивается постепенно, наверное, по неопытности: сначала создается несколько блеклых в плане сюжета кадров, а потом постепенно фантазия словно разогревается и начинает раскручиваться все быстрее и быстрее. И в результате получается нечто лично для меня весьма интересное.

Конечно, было и много огрехов - сначала никак с ISO не мог определиться (камера-то хоть и зеркальная, но слабенькая, так что часто приходится выбирать между четкостью и зерном), потом налажал с балансом белого, но в конце концов из чуть ли не полутора сотен снимков мне понравилось примерно двадцать. С цветами небольшой разброд - хотелось, как атмосфернее, но из-за этого последовательность гуляет. Потом долго спорили с Аленкой про обработку -- она хотела бледные и зыбкие, я хотел цветные и контрастные. Выбор, что положить в блог, определил во многом сайт 500px.com, где бледные снимки не набрали и пятидесяти, а яркие перевалили за 60 единиц рейтинга. В отличие от гранжевой фотосессии, ни одна фотка на сей раз в число популярных не попала. Но тут, помимо качества съемки, еще много условий, так что я не унываю. Рейтинг 60 - это очень даже хорошо. Для фотографа моего уровня :D

Зато в этом наборе есть несколько фоток (в том числе и ужасающе прекрасная с горящими глазами), которыми я по-настоящему доволен. С ними не скучно :)

P.S. Пользуясь случаем, хочу добавить немножко рекламы - пояс, который на фото используется в качестве головной повязки, соткала хорошая девушка Лена. Всячески рекомендую обращаться к ней за такими и другими классными штуками.

Купец и джентльмен

Довольно проходной персонаж, придуманный чисто для создания картины аристократического общества на Архипелаге, вдруг обрел некоторый объем :). Пока переписывал очередную главу из тетрадки, вдруг непроизвольно его представил и вывел пару штрихов, которые изменили мое собственное к нему отношение. До сих пор это был элемент антуража, теперь -- вполне живой персонаж, которому даже захотелось дать еще пару появлений в сюжете (хотя вряд ли я это сделаю).

Смех и улыбки Хамеда ал-Сиэля, вечно сдержанного и подтянутого, несмотря на молодость, альва, затрагивали только его губы. Это здорово смущало незнакомых с ним одушевленных. Не решаясь говорить в открытую, за спиной они нередко обвиняли владельца крупнейших вимсбергских виноградников в отсутствии чувств и даже неискренности. Что было, как однажды узнал Хидейк, полнейшим вздором: строгий взгляд Хамеда происходил от перенесенной в раннем детстве болезни, намертво сковавшей мышцы верхней половины его лица. Впрочем, винодел не только не унывал, но и успешно пользовался своим недостатком – вечная серьезность сразу вызывала определенное уважение у деловых персон, и они, забыв о молодости собеседника, воспринимали его со всей серьезностью.

Пар и нуар

Вот верите, нет... А с тех пор как я начал писать роман, Брокк представлялся мне похожим на Коляна. Нет, не сразу. Чуть позже. Но глаза, выражение лица - все было настолько похоже, что постепенно... нет, конечно, герой не списан с нашего гениального гитариста, ни в коем случае - во-первых, я зарекся писать с реальных людей (Хидейк и Карл не в счет, там созданные для игры образы), во-вторых - они все равно слишком разные по характеру. Но вот мимика, движения и взгляд - слишком похожи.
Мысль о фотосессии на территории больницы им. Семашко тоже пришла давным давно. Здесь в облаках настоящего пара застыл 19 век - дома, аллеи, какие-то мелкие развалины - все соответствует духу 347-го года от Раскола в романе. Опять же, я не ставил цель проиллюстрировать "Серое небо", ни в коем случае. Я просто взял уже продуманный персонаж, поместил его в невероятно подходящие условия и - при полноценном участии самого Коляна создал некую историю. И испытал подлинное наслаждение от процесса и результата. Даже задалбывающая обычно обработка в Лайтруме превратилась в нечто очень и очень особенное, сходное по эмоциям собственно с процессом написания очередной главы. Только не как сейчас, когда я просто списываю у самого себя из тетрадок; речь о тех, летних эмоциях, когда внезапно в голове соединялись сюжетные линии и вспыхивали озарения.

В идеале фотографировать хотелось ближе к вечеру, чтобы горели местные восхитительные декоративные фонари, но я все еще плох в ночной съемке. Поэтому для нуаровой сессии со стимпанк уклоном пасмурный вечер этого ноября оказался вполне кстати.

В общем, серия "Частный детектив"

Вулкан на голове

Немного подредактировал описание Карла при первой встрече с Брокком:

За дальним столиком царило необычайное оживление. Компания студентов сгрудилась вокруг во всех отношениях примечательного субъекта. Малый рост и широченные плечи выдавали карлика, но все остальное утверждало, что данный вид науке неизвестен. Странный тип был довольно худ, и грязная рубашка цвета тухлой горчицы, прижатая засаленным кожаным жилетом, мертво висела на его руках, до половины прикрывая поросшие рыжей шерстью запястья. Его пожалуй что борода будто явилась в мир из кошмарных снов безумного художника, а макушка и ее окрестности то тут, то там взрывались огненно-рыжими вулканами шевелюры. Среди языков пламени виднелись темные, выжженные пятна проплешин. Существо стояло вполоборота, и я даже со своего места отлично видел его шею, покрытую затейливым узором из старых ожогов и неприятного цвета пятен на коже. Короткие пальцы цвергольда бережно обнимали донышко небольшой колбы, за толстыми стенками которой плескалось нечто очень яркое и очень зеленое. 

Показалось, что так нагляднее и художественнее :).

Случайно вспомнил, что мне же еще дописывать половину истории про таинственного инспектора Магической полиции, которая должна периодически мелькать между главами. Воистину - с глаз долой - из сердца вон. С тех пор, как я перенес ее в отдельный файл, напрочь про все забыл. Описал-таки мозговой штурм в очередной лаборатории Карла, продумал небольшую жуткую сценку по дороге от завода к церкви и поймал удачный микродиалог:

Карл, непривычно суровый и сдержанный, коротко поведал о том, как <спойлер>, да всех обманул. Ларра не преминула заверить, что если мы поможем найти негодяя, то взамен можем рассчитывать на ее всесторонню помощь в деле и благодарность Союза...
– Позвольте, – оживился Хидейк, - я всецело признателен Союзу за неоценимую помощь в виде вас, но нельзя ли прояснить, что вы понимаете под его благодарностью?
– Я скажу вам "спасибо" от лица всех Вольных алхимиков, – строго и немного удивленно посмотрела на него орчанка.
...пусть и не подкрепленную материально.

Осталось написать совсем чуть-чуть, потом неизвестный период переноса с бумаги на монитор, потом корректура... А вот потом самое интересное, но об этом пока думать совсем не хочется.

Небольшая идея

Внезапно решил сделать Хидейка чуть-чуть наркоманом. Совсем немного, просто как частично представителя богемной молодежи :). Интересно, что получится?

- Как ваша голова, Хидейк? Не беспокоит?
- Уже целый день как.
- Жаль.
- Вам жаль?
- Конечно, жаль. Неделю назад я получил особую посылку из Альм-Реаля.
- Но причем здесь моя голова?
- Теперь у вас нет законного основания разделить со мной ее содержимое.

Трудности перевода мыслей в буквы

Так мирно начиналась третья тетрадь...

Вот удивительное ощущение - когда знаешь, что происходит, знаешь, как это происходит - но ничего не слышишь. То есть, видишь картину - компания главных героев стоит на балкончике старого сталелитейного цеха и разговаривает с главным злодеем. Видишь всполохи пламени, представляешь клубы пара, которыми заполнено помещение, оставшееся почти без воздуха, видишь потемневшие от удушья лица персонажей, ухмылку на лице негодяя. Но при этом их губы шевелятся - а слов не слышно. Пар шипит - ясно. Искры скрипят - тоже понятно. Железо звенит - ну и еще много синонимов. Но, блин, о чем говорят персонажи? Это же так важно, практически важнейший диалог в книге, который и даст задел на будущее, и немного приоткроет прошлое, и поможет разобраться в настоящем - т.е. в личности верховного немезиса книги. Но блин, что? Что они говорят?
Несколько дней я в таких метаниях. Третья тетрадь, сменившая блокнот и ежедневник, уже исписана почти до середины - но сколько же страниц перечеркнуто целиком, потому что мне не нравились слова, которые исходили из уст персонажей - просто потому, что это была полная чушь.
До одного прекрасного момента, когда я, сидя в ванной, подобно Архимеду заорал свою "Эврику!" и, выскочив наружу, стремительно схватился за... телефон. Нет, я не стал никому звонить, а включил звукозапись и начал быстро и сбивчиво надиктовывать диалоги. Представляя себя на месте то одного, то другого персонажа. Не скажу, конечно, что получилось мгновенно и гладко. Нет. Файлов с собственным неуверенным голосом на карточке теперь тьма, но я уже переписываю предпоследний. Когда диалог был озвучен, сразу стало понятно, чего точно ни один из них не скажет, как может выразиться Брокк, а как когда им нечем дышать и мысли путаются от недостатка кислорода... И, что особенно ценно, стало ясно, что главгад имеет право произнести короткий, но пафосный монолог загадочного содержания - просто потому, что ему совершенно плевать, как воспримут его слушатели... да и читатели. Такая вот он многогранная сволочь.
К сожалению, до конца этого разговора, который даже с диктофона я переписываю уже второй день, я не могу выкладывать отрывки - это был бы серьезный спойлер. Так что просто делюсь эмоциями.

Дилемма

Конечно, этот вопрос не совсем для этого блога - с комментаторами тут негусто, да и по функции он скорее дневник, нежели место общения, но все же скопирую вопрос и сюда...Я в некоторых сомнениях, поэтому обращаюсь за помощью к разным людям, которые это прочтут. Есть монолог, слегка замаскированный под диалог двух персонажей, но понятно, что второй - в этом варианте разговора - пока что служит генератором наводящих вопросов. У меня вопрос к уважаемой общественности (и чем больше разных мнений от разных людей с разными мировоззрениями будет, тем лучше) - что вы можете сказать о говорящем? Как бы вы его охарактеризовали? 

Рисунок на полях.
Тот самый персонаж – но в противогазе.

- ...Понимаешь, законы Творца - вещь довольно хрупкая. Для тех, кто понимает их душой, они ясны, понятны и совершенно однозначны. Но когда ты начинаешь думать головой, включаешь логику, соображаешь, как они могут облегчить тебе жизнь - тут же находится множество лазеек.
- Но тогда ведь, получается, ты идешь против них!
- Умница. Но при этом ты настолько уверен, что чтишь заповеди до последней буквы, что начинаешь мнить себя настоящим праведником. Так и <имя второстепенного персонажа> - он знал, что грехи придется искупить. Знал, что должен раскаяться. Но жажда свободы оказалась сильнее. И наш добрый друг подошел к делу логично, в чем я ему с удовольствием помог. Он делал все, что хотел, зная, что настанет миг - и я помогу ему сполна за все заплатить. Он даже убедил себя, что сумеет в нужный момент раскаяться.
- Но отец, разве же это искупление? Он же натворит еще больших бед.
- Вот только сам он уверен в обратном. Пойми, сынок, когда дело доходит до личной выгоды, одушевленный всеми силами старается подогнать реальность под себя. Это в его природе. А я всегда рад укрепить его в нужных мыслях. И никто не в обиде - он получает вожделенную свободу и прощается с опостылевшей совестью, я же получаю его самого.

Город в огне - 07. Сорок одежек.

Ну, все трио в сборе и в одежде. Пора немножко поработать над позами, делать obj и экспортировать в Vue. Сколько же потом постобработки... А рендеринг запускать, наверное, надо будет в воскресенье, когда меня дома не будет :)

Идет охота на волков. Идет?

На Архипелаге никогда не превращали волка в собаку. Более того, волков там вообще не очень любят. В домашнем обиходе используются куда более умные животные - лисы. Конечно, породы лис также выводятся для определенных целей, есть гончие, есть ищейки, есть сторожевые, есть большие, есть маленькие, дворовые и комнатные - но это все же лисы, и характер у них соответствующий. Кстати, недавно в Контакте я совершенно случайно узнал об одной лисице, которая действительно воспитана, как собака. И очень обрадовался :)

Собственно, это я к чему? К тому самому разговору с "недоприкрытой скорбью", которого вообще не должно было быть. Хидейк и Брокк должны были прийти к старому знакомому альва, задать вопрос, получить ответ, уйти и просветлеть. Но вместо этого родилось вступление длиной чуть ли не в треть самого разговора, с грустным и неоднозначным рассказом об охоте на волков. С упоминанем лис-гончих и ищеек.

Город в огне - 05. Запретная магия.

Позу для Леморы я придумал еще давно, когда только сюжет картинки начинал оформляться в голове. Так что здесь проблем не было. Ну вот, все трио в сборе. Начинаю работать над фоном и композицией.

Город в огне - 03. Бомбист.

Ну, вот и Карл в позе. С зубами, носом и выражением лица все еще предстоит работа. Вероятно, поменяю и гардероб, но это позже. Пока приступаю к Леморе.

Вдоль по Вимсбергу

Не прошло и трех лет (вообще, прошло, но я кокетничаю), как я составил план действия для персонажей. Вчера ночью вдруг совершенно отчетливо понял, что будет и как это будет. То есть, с самого начала я знал, чем закончится история, чего хотят и добиваются злодеи, чего они добьются, а чего нет... Но некоторые нестыковки оставались все время. По ходу написания складки разглаживались, сюжет становился все логичнее (поэтому некоторые главы периодически мигрировали или переписывались). И вот вчера, наконец, был составлен точный план действий для действующих персонажей от настоящего момента и до финала. Ладно, вру, не совсем до финала. Но до решающего момента - точно.
Кстати, именно вчера я впервые в полной мере ощутил, что такое живущий по своим законам выдуманный мир. Раньше я считал, что это эвфемизм, писательский выпендреж. Но нет. Мир и правда сам подсказывает, как он должен жить. Очень необычное ощущение :)
Кроме того несколько часов корпел над физиономией Карла в DAZ Studio, чтобы привести ее хотя бы в некоторое подобие оригиналу. Получилось очень отдаленно, но в целом для ДС сойдет. К тому же постобработка решает многое. Но все, дальше для серьезных работ - только Poser.

Город в огне - 02

А вот и зонтик. Получилась эдакая помесь Мэри Поппинс и тети Полли. Но мне нравится. Удалось передать личные впечатления от персонажа. С пламенем пока беда, но на темном фоне оно будет смотреться хорошо, да и постобработки здесь практически никакой - вон, платье квадратное. Но все впереди.

Работа продолжается.

Город в огне - 01

Собираюсь делать картинку. Один персонаж готов. Не хватает только зонтика, но это уже детали (хотя и немаловажные). Никак не определюсь пока с финальной цветовой гаммой - то ли в цвете, то ли такую же симпатичную гранджевую сепию замутить.

P.S. А вообще, конечно, DAZ Studio больше раздражает, чем радует. Ушел бы в Poser, но там нет нормального Genesis'а и такой же гибкости в пересадке одежды с модели на модель. И все равно, следующую картинку буду делать в Poser'e, он привычнее и роднее.

Агент Союза Вольных алхимиков

...Карл, обернувшись к двери в некотором смятении, закончил поворот уже совершенно потрясенным, ибо у дверей стояла Ларра, но в каком виде!

Волосы орчанки, забранные в строгий пучок, спрятались в недрах фривольной шляпки без малейших следов вуали, на тулье которой удобно устроились огромные алхимические очки с затемненными стеклами, столь же необходимые в лаборатории или мастерской, сколь вызывающе чуждые вне ее. Пошитое по последней моде особо смелых женщин платье цвета лаванды, начисто лишенное рукавов, от пояса и ниже превращалось в довольно пикантную юбку, смело облегавшую бедра, которая лишь у земли вспоминала о целомудрии и колокольчиком расходилась в стороны. Где-то посередине примостился вкривь и вкось зашнурованный корсет из толстой кожи, который крайне небрежно подходил к утягиванию талии, зато служил отличной прослойкой между спиной Ларры и еще одной необычной деталью ее костюма – объемистым округлым ранцем, по странной прихоти украшенном рюшками, нелепыми кружевными подушечками и  милыми, но совершенно неуместными ленточками и шнурками. С его правого бока свисал длинный фиолетовый зонтик, при каждом шаге бившийся о скромный, нацепленный лишь из уважения к традициям турнюр, к которому владелица, судя по напряженно застывшей спине, явно не привыкла.